Ростов-Великий. Возрождение

 

Святой Пётр и святой град Ростов Великий

Рубрика: Возрождение -> №17
Метки:
Просмотров: 3387
Подписаться на комментарии по RSS

Кирилл, архиепископ Ярославский и Ростовский, совершил Божественную литургию в храме во имя Похвалы Божией Матери Петровского монастыря13 июля, в день памяти преподобного Петра, царевича Ордынского, высокопреосвященнейший Кирилл, архиепископ Ярославский и Ростовский, совершил Божественную литургию в храме во имя Похвалы Божией Матери Петровского монастыря. Ему сослужили: настоятель этого храма, отец Виталий Тарасов; игумен Савва; настоятель храма во имя Толгской иконы Божией Матери, отец Александр Сачивко; настоятель Косьмо-Дамианского храма, отец Александр Парфёнов и многие другие. Затем был совершен молебен преподобному Петру, Ростовскому чудотворцу.

В этом году отцу Виталию присвоен священный сан протоиерея. Когда мы поздравляли его с этим событием, батюшка заметил, что стало больше забот, хлопот и скорбей.

В прошлом ученый, кандидат технических наук, отец Виталий служит уже более 15 лет. Вместе со своей верной помощницей, матушкой Татьяной, они очень многое сделали для возрождения Петровского монастыря, причем в стиле восстановления уцелевшего храма обители чувствуется научный склад мышления настоятеля: все делается продуманно и аккуратно. Недавно были покрыты железом настоятельский корпус и братские келии монастыря.

В 1257 году святитель Кирилл, епископ Ростовский, отправился по церковным делам в Золотую Орду. Ласково принятый ханом Берке (Беркаем), святитель рассказал ему о Святой Православной вере, о том, как святитель Леонтий распространял ее в Ростове, и о чудесах у его мощей. Чуткое сердце племянника хана, юного царевича Даира, откликнулось на проповедь: он уверовал во Христа. Вскоре у хана тяжело заболел сын. Он призвал святителя на помощь, и тот своими святыми молитвами исцелил больного. Царевич Даир стал свидетелем этого чуда. Когда епископ Кирилл стал возвращаться в Ростов, царевич в тайне от родных покинул Орду и умолил взять его с собою. В Ростове он жил в доме святителя, познавал Православную веру, богослужение. Позже он принял святое крещение с именем Петр и стал вести праведную жизнь.

Однажды в северо-восточном конце Ростова, на берегу озера Неро ему явились апостолы Петр и Павел и повелели построить на этом месте храм их имени. Апостолы дали для этой цели два мешка – один с серебром, другой – с золотом. На эти деньги, количество которых, по Божией воле, чудесным образом увеличилось, Петр выкупил у Ростовского князя обширный участок земли для строительства храма первоверховных апостолов Петра и Павла. Незадолго до своей кончины, в 1290 г., святой Петр царевич принял иночество. Так было положено начало одного из древнейших ростовских монастырей.

Прошло более 700 лет. И в 2000-м году история повторилась: снова пришлось выкупать уцелевшую часть Петровского монастыря, на этот раз не у князя, а у организации, арендовавшей помещение храма.

Мы беседуем с одним из первых ходатаев о возвращении руин Петровского монастыря Русской Православной Церкви, алтарником Косьмо-Дамианского храма, Евгением Юрьевичем Мелехиным.

- Расскажите, как начиналось возрождение монастыря, который сейчас восстанавливается благодаря молитвам и трудам отца Виталия Тарасова?

- Первые молебны были отслужены отцом Александром Парфёновым, которому помогало несколько человек, в том числе и я. Когда мы поставили у храма крест, то все – и верующие местные жители, и мы сами - испытали великую радость. Тогда отец Александр сказал: «Крест стоит, будем служить молебны, и все будет хорошо: храм снова будет принадлежать Православной Церкви, как это и было всегда прежде, как и должно быть!» Позже к нам присоединился отец Александр Шантаев, но так как он служил в сельском приходе, а еще - занимался наукой, писал книги - словом, человек очень занятый, то он участвовал не долго.

Вскоре было проведено собрание местных жителей, на котором была выбрана так называемая «десятка», и было составлено прошение о возвращении полуразрушенного Петровского монастыря Русской Православной Церкви. Меня назначили старшим, и я повез прошение в епархию, в Ярославль. Владыка Михей благословил меня быть председателем православной общины. Община сформировалась не сразу.

Это были тяжелые времена перестройки, и ситуация с Петровским монастырем была весьма запутанная, юридически парадоксальная. У организации, которая занимала храм, - «Ярсельхозэнерго» - были огромные долги. Они пускали нас в здание храма, чтобы мы могли служить молебны, но помещение не освобождали, потому что им самим некуда было деться. Их руководство говорило, что они получат право расформироваться только в том случае, если кто-нибудь поможет им заплатить долги. Мы в своих хлопотах дошли тогда даже до президента, но все безрезультатно. Позже, при отце Виталии, нашлись благодетели, которые помогли «Ярсельхозэнерго» расплатиться с долгами, и фирма освободила храм и прилегающую территорию. Так что, эта святая земля выкуплена дважды.

- Евгений, я слышала, что Вы неплохо изучили историю Петровского монастыря, его храмов. Поделитесь, пожалуйста, с нами своими знаниями.

- До последней четверти ХVII в. Петровский монастырь оставался деревянным. За три года, с 1682 по 1684 год был построен пятиглавый каменный собор во имя апостолов Петра и Павла. Он был освящен Ростовским митрополитом Ионой Сысоевичем. В 1696 году было завершено строительство теплого двухэтажного храма во имя Похвалы Божией Матери. В первом этаже храма размещалась братская трапезная, стены которой были расписаны сценами из жития преп. Петра, царевича Ордынского.

К середине XIX века все основные строения монастыря были каменными. Рядом с въездными вратами высилась трехъярусная колокольня.

В 1928 году в монастыре были запрещены богослужения. Главный Петро-Павловский собор был разрушен. Колокольню постигла та же участь в 1935 году. Храм Похвалы Богородицы подвергся переделкам, утратил главу.

- Сейчас, слава Богу, наш народ возвращается к вере, к созиданию…

- Да, живя рядом, я почти каждый день наблюдаю, как возрождается монастырь, и душа моя радуется.

- Сколько лет вы посвятили монастырским делам?

- Около пяти лет. И это были счастливые для меня годы духовного подъема. Я сам себе удивлялся: простой рабочий мужик, не имеющий высшего образования, я смело входил в любые кабинеты, составлял различные прошения, выхлопатывал нужные документы. Было и непонимание, и недоброжелательность некоторых чиновников. А когда я ходил по домам – рассказывал жителям Ростова о Петровском монастыре и собирал их подписи под прошением о возвращении монастыря Русской Православной Церкви (причем подписи должны были сопровождаться указанием адресов и паспортных данных, что повышало ответственность), то некоторые люди с радостью подписывались, а некоторые надо мной смеялись и даже прогоняли. Но было чувство, что мы отстаиваем правое дело, и, в конце концов, все двери перед нами открывались.

- Наверное, вашей общине помогал своими святыми молитвами сам преподобный Петр?

любовь и верность (Ю.К. и В.Ф. Трусовы)- Да, все мы чувствовали его помощь. Я почитаю святого Петра ходатаем перед Богом об освобождении Святой Руси от безбожной власти. Недаром Петровский монастырь был одним из первых, которые безбожная власть стала разрушать. Я помню, как местный житель, Михаил Никитич Пронин, рассказывал, что он, будучи мальчишкой, сидел за чаепитием, и вдруг затряслись стены, раздался грохот. Подумал, что началось землетрясение или произошел взрыв, а оказалось, что сбросили большой колокол с высокой колокольни Петровского монастыря.

- Какое преступление! И этот вандализм был узаконен.

- Да. Кстати, здесь неподалеку живет замечательный человек, ветеран Великой Отечественной войны, который помнит, как разрушали монастырь.

- Евгений, давайте прямо сейчас к нему зайдем!..

…Юрий Константинович Трусов в свои 83 года выглядит значительно моложе, имеет военную выправку. По нашей просьбе он рассказал о событиях 80-летней давности, свидетелем которых он был:

- Тетка моей мамы, моя бабушка, когда я был маленький, водила меня в мужской Петровский монастырь на причастие. Это было где-то в 1928 году. Мне было года три, но я хорошо помню, что зимний и летний храмы стояли недалеко друг от друга под прямым углом. Меня причащали в летнем Петро-Павловском соборе. Он был очень красивый и стоял на том месте, где сейчас ведутся раскопки.

Я даже помню батюшку, который там служил и меня причащал.

- Как звали батюшку?

- Отец Симеон.

- Фамилию помните?

- Нет, не знаю. Он был старенький, невысокого роста.

- А какова дальнейшая судьба отца Симеона?

- Его году в 1932-м забрали и отправили в тюрьму, которая находилась в Белогостицком монастыре. Он там и умер.

- Прихожане делали попытки отстоять своего батюшку?

- Нет, потому, что все были так подавлены, напуганы… все боялись… Потом помню, как начали монастырь разрушать, разбирать. Когда громили монастырскую библиотеку, отец хотел сохранить часть книг, спрятав их в доме. Но кто-то донес, пришел участковый и сделал отцу серьезное предупреждение. Куда делись книги, я не знаю, но у нас их больше не было.

- Расскажите о своей семье…

- В нашей слободе, можно сказать, был целый клан Трусовых - кузнецов. Кузница была на Подозерке. Там были горн, молоты, тиски, наковальня. Мы еще ребятишками туда бегали, стучали там, играли в кузнецов. Огонь в горне не разводили, а то бы «рвань получили» - были бы наказаны.

Нас у отца с матерью было четверо, а у отца было шесть братьев: все семьи были многодетные. Почти всех мужчин забрали в армию. Отец и его младший брат погибли, а мы, молодые, вернулись все четверо. Я пошел на войну добровольцем, когда мне не было еще и 17-ти лет, но я был богатырского сложения. В комиссии был наш знакомый, Иван Иванович Шулимов. У него был сын, мы с ним были одногодки и друзья. Иван Иванович меня спрашивает: «Пойдешь на фронт?». А я его спрашиваю: «Юрка Ваш пойдет?». «Да, пойдет». «Ну, тогда и я пойду». Так он меня «по знакомству» и отправил. На войне у меня было три ранения, после третьего ранения меня комиссовали.

- Скажите, когда Евгений Юрьевич собирал подписи, чтобы монастырь передали Церкви, вы подписались?

Тут включилась в разговор супруга Юрия Константиновича, Вера Фаддеевна:

- Да, я подписывала. Потому, что вера человека обогащает, и он становится не грубым, не хамоватым, а духовным.

Неожиданно наша собеседница заплакала и рассказала сквозь слезы:

в центре - Фаддей Иванович Казанов- Моя семья сильно пострадала от безбожной власти: на нас поставили клеймо «врагов народа». Моего отца, Фаддея Ивановича Казанова, забрали в 1937-м году и расстреляли. Нас, детей, было четверо, совсем маленьких. Остались с одной мамочкой. Спасибо ей: она нас всех вырастила, выучила, хватило у нее сил.

- И какое же обвинение предъявили Вашему папе?

- Никакого! В 1958 году прислали бумажку, что он реабилитирован, потому что нет состава преступления. Но отца уже не вернешь. Какой он преступник? Работал механиком на фабрике «Рольма». Потом его перевели в Караш, где он работал на «Торфоболоте», тоже механиком. Отец наш был умный мужик, одаренный от природы. Он знал все машины, умел по звуку определить неполадки и быстро их устранить. Кто-то, видимо, ему позавидовал: что-нибудь про него сказали, оклеветали.

Мы жили в двухэтажном доме на 4 семьи. Там жило все начальство, в том числе и наша семья, потому что механик считался уважаемым человеком. К нам пришли ночью, устроили обыск, все перевернули. Нас, ребятишек, выкинули всех в одну комнату, чтобы мы своим плачем не мешали. Мы устали от плача и заснули. Наутро проснулись, а отца-то нет, увели. Мы все ревели, с мамой было плохо. Она при отце не работала, воспитывала нас. Когда отец был с нами, мы жили хорошо, дружно, и всего хватало. Он и в колхозах ремонтировал всю технику – тогда еще только появились сеялки, веялки. Вот кто-то и решил его из зависти убрать.

А нас всех погрузили в машину и привезли сюда. Хорошо еще, что жилье было – здесь наша бабушка жила. А то неизвестно, куда бы нас выслали.

- Как же вы без отца выживали?

- Так и выживали: и в няньках я жила, и торф на Рольме разгружала, и в лес за дровами ездила, и на Торфянку за торфом ездила, и чего только не делали! Еще выучилась, хотя было трудно: закончила 7 классов, а обучение в 8-м классе было платное, маме это было уже не по силам: она работала на «Рольме», нас четверо, а зарплата небольшая. Пришлось бросить учебу. Пошла работать в кондитерский цех, который размещался в здании Никольского храма на Подозерке, окончила школу рабочей молодежи. Моя сестра после 7-го класса поехала поступать в Ярославль, а ее не приняли, потому, что дочь «врага народа». Пришлось ей вместо учебы работать на калькуляторе в старой столовой на «Рольме».

- Если бы отец был жив, ваши судьбы могли бы сложиться совсем по-другому…

- Да, при отце мы все получили бы хорошее образование, не надрывались с малолетства. И мама жила бы спокойно и счастливо.

- У Вас сохранились фотографии отца?

- Да, мы их сберегли…

Юрий Константинович вспомнил о трагической судьбе соседа:

- Так поступили не только с Фаддеем Ивановичем. Рядом с нами жил Петр Александрович Махраков. Его забрали и увезли куда-то без всякой вины. И он сгинул бесследно.

- Времена были такие, - вздохнула Вера Фаддеевна. – Многие люди, и из духовенства, и из народа, приняли от безбожной власти мученические венцы.

Вера Фаддеевна пожаловалась на свое самочувствие:

- Болею. Перенесла два инфаркта. Часто нет даже сил добраться до храма…

Мы пожелали супругам Трусовым здравия, попрощались с ними и стали возвращаться назад, в монастырь. По дороге встретили знакомую Евгения - прихожанку церкви Похвалы Богородицы, по имени Галина, поздравили ее с престольным праздником. Мы разговорились, и женщина поведала нам о чуде, которое совершили с ее супругом первоверховные апостолы:

- В 2000 году моему мужу, Вениамину Беляеву, была сделана тяжелая операция (онкология). В день операции служили один из первых молебнов преп. Петру. Я подала записку о его здравии. Батюшка и все прихожане помолились о нем. Операция прошла очень успешно. С тех пор минуло 9 лет. Мой супруг до сих пор жив и здоров.

- А врачи что говорят?

- Он перестал наблюдаться у врачей.

- Наверное, он теперь ходит в храм?

Женщина дрогнувшим голосом ответила:

- Нет, не ходит он. Я хожу, благодарю Бога и святого Петра за его исцеление…

Евгений Мелехин, услышав об этом чудесном случае, рассказал еще об одном:

- Люди говорят, что в тридцатые годы, когда в церкви Похвалы Богородицы Петровского монастыря устроили кулинарный цех, 13 июля, в день памяти преп. Петра, Ростовского чудотворца, в здание храма вошли две женщины в темных одеждах - монахини или послушницы. Они стали читать акафист преподобному Петру. Директор кондитерского цеха стала ругаться и выгнала их вон. Ночью ей является святой Петр, царевич Ордынский, и строго спрашивает: «Что ты гонишь меня?». Наутро она побежала, стала расспрашивать у людей об этих женщинах, узнала, что они находятся в Ростове, разыскала их и сказала: «Приходите сюда и молитесь, когда вам нужно». Так они и молились каждый год.

Конец – делу венец, - гласит русская народная мудрость. Был Ордынский царевич Даир, любитель соколиной охоты, а стал святой преподобный Петр, Ростовский чудотворец. Таков славный итог его земной жизни. Этот святой «из татар» ушел из Золотой Орды, покинув привычный для него мир и близких людей, потому что возлюбил Бога и стал заботиться о своей душе. Он понял, что Святая Русь, град Ростов – благоприятное место для спасения, для обретения вечной жизни.

Нам никуда не надо уезжать или уходить: мы живем на освященной подвигами святых земле, в окружении храмов и монастырей, в которых ежедневно совершается Божественная литургия, звучат слова Святого Евангелия и назидательные проповеди священников. Нам оставили свое наследие многие поколения праведно живших предков. Нам все дается, надо только потрудиться принять.

Беседовала Т.Н. КОЖЕВНИКОВА.

Оставьте комментарий!

Комментарий будет опубликован после проверки

Имя и сайт используются только при регистрации

(обязательно)